Не знаю, обитает ли где-то на небесах седой старик, чей сын добровольно взошел на Голгофу. Слепо верить в это я не могу, а ведь любая религия - это именно вера, а не знание. Могу лишь сказать, что все происшедшее действительно больше похоже на чудо, чем на неизвестный науке каприз природы. Впрочем, это, наверное, одно и тоже.

Не стану я и извлекать из случившегося мораль. Она хороша лишь в баснях, жизнь же все равно не укладывается ни в какие схемы. А что касается острых ощущений, то у меня и без того было их в избытке и в Афгане, и на территории некогда единой и великой страны. Добавлять к ним новые - удовольствие небольшое.

Да, чуть не забыл о еще одном возможном подходе. Настоящий историк с радостью продал бы дьяволу душу, лишь бы оказаться на нашем месте. Но продавать бы ее пришлось и в прямом смысле, и он, если бы успел, наверняка проклял бы день и час, когда загадал такое идиотское желание.

Как бы там ни было, я один из немногих, кто ничего не потерял, а, возможно, еще и приобрел после всех этих событий, и не имею повода жаловаться и стенать. Само же случившееся настолько удивительно, что, обнаружив в числе немногих уцелевших своих вещей этот блокнот и шариковую ручку, я решил в меру своих способностей описать все как было.

Для чего - сам не знаю. Рукописи, может быть, и не горят, но очень часто пропадают безвозвратно. Вряд ли мои записки когда-либо попадут к тому, кто сможет и захочет их прочитать.

А впрочем, чем черт не шутит?

Ладно, пора заканчивать эту лирику и переходить к делу. А уже написанное пусть станет вступлением - сумбурным, как и сама жизнь.

В ФЛИБУСТЬЕРСКОМ ДАЛЬНЕМ МОРЕ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ: МОРЕ

1. СЭР ДЖЕЙКОБ ФРЕЙН. БОРТ ФРЕГАТА "МОРСКОЙ ВЕПРЬ"

Сэр Джейкоб Фрейн пребывал во мрачном расположении духа, и имел для этого все основания. До сих пор благоволившая к нему Фортуна с чисто женской непоследовательностью и без всяких на то причин изменила свое отношение на прямо противоположное.