Летом 1934 года мы, военные летчики, готовились лететь в Париж. Советская правительственная делегация наносила ответный визит правительству Франции. Для этой цели с трех тяжелых бомбардировщиков ТБ-3 сняли все вооружение, отделали их внутри и снаружи белоснежной краской. На этих молочного цвета самолетах я тренировал все экипажи авиационной группы в производстве полетов вне видимости земли, или, как говорили, слепым полетам.

В один из дней подготовки ко мне подошел высокий подтянутый блондин в военной авиационной форме.

— Штурман флагманского корабля и группы Беляков, — представился незнакомец, отдавая честь.

— Командир флагмана Байдуков, — ответил я и добавил: — Очень рад познакомиться. Мы вас ждем, так как послезавтра должны совершить контрольные полеты покорабельно, а затем в составе эскадры.

— Я поэтому и поторопился, — сказал Беляков и, достав из планшета тетрадь и карандаш, тут же стал что-то записывать.

Внимательно глядя на своего нового члена экипажа, я настороженно думал: «Интеллигент, Красавчик. Да и молод слишком».

И как мне стало совестно, когда я вскоре узнал, что моему штурману уже 36 лет, а мне всего-навсего 27.

Кажется, Амундсен говорил: «Путешествия дали мне счастье дружбы». Забегая вперед, должен сказать, что эти замечательные слова великого полярника подтверждаются примером и нашей с Александром Васильевичем Беляковым совместной работы в авиации, породившей между нами настоящую дружбу, которая продолжалась до конца его жизни.

…Путешествие по воздуху из Москвы в Париж через европейские страны проходило в сложных метеорологических условиях. К тому же воздушные коридоры над территориями Польши, Австрии, Германии и Франции были чрезвычайно узки, что резко повышало ответственность штурманов нашей эскадры и особенно ее флагмана.