А мы ему в подобном ослепленьеПозволили уйти, мой друг,И не зовем его тотчас обратно –Открыть ему глаза?

Октавио

(опомнившись после глубокого раздумья)

Мне самомуОткрыл глаза он шире, чем хотелось.

Квестенберг

Что с вами, друг?Октавио Проклятая поездка!Квестенберг Как? Что такое?

Октавио

Поскорей! Мне надоВзглянуть на этот злополучный следИ самому увидеть все.Пойдемте.

(Хочет его увести.)

Квестенберг

Зачем? Куда вы?

Октавио

(все еще торопит его)

К ней!

Квестенберг

К кому?

Октавио

(спохватываясь)

Да к герцогу! Пойдем!(Перевод Н. Славятинского)

Октавио хотел сказать «к нему», герцогу, но оговорился и выдал словами «к ней» причину, почему молодой герой мечтает о мире.

О. Ранк (1910а)[

"Чрезвычайно тонко художественно мотивированная и технически блестяще использованная оговорка, которую приводит Фрейд из Валленштейна, доказывает, что поэты хорошо знают механизм и смысл ошибочных действий и предполагают их понимание и у слушателя. В Венецианском купце Шекспира (3 й акт, 2 я сцена) мы находим тому еще один пример. Порция, которая по воле своего отца может выйти замуж только за того, кто вытянет счастливый жребий, лишь благодаря счастливой случайности избавляется от немилых ей женихов. Но когда она находит наконец Бассанио, достойного претендента, который ей нравится, она боится, как бы и он не вытянул несчастливый жребий. Ей хочется ему сказать, что и в этом случае он может быть уверен в ее любви, но она связана данной отцу клятвой. В этой внутренней двойственности она говорит желанному жениху:

Помедлите, день два хоть подождитеВы рисковать; ведь если ошибетесь –Я потеряю вас; так потерпите.Мне что то говорит (хоть не любовь),Что не хочу терять вас; вам же ясно,Что ненависть не даст подобной мысли.Но, если вам не все еще понятно(Хоть девушке пристойней мысль, чем слово), –Я б месяц два хотела задержать вас,Пока рискнете.


20 из 575