Прошло девять с половиной минут.

Полицейский с перебитым плечом корчился посредине улицы и пытался прицелиться из пистолета. Второй лежал без сознания на капоте "пежо". Мейер и Эполар бесцеремонно загружали посла в салон "консула". Буэнвентура обошел вокруг машины, чтобы занять место рядом с водителем. Тут д'Арси заметил конвульсивные движения раненого полицейского, собиравшегося выстрелить. Алкоголик достал из кармана куртки алюминевую рогатку "Мануфране", зарядил ее стальным шариком и натянул каучук. Шар попал прямо в каску мотоциклиста, продырявил ее и застрял в голове. Оглушенный полицейский упал замертво.

Д'Арси сел за руль "консула".

– Пощады! Пощады! – продолжал стонать посол, раздражая этим своих похитителей.

Д'Арси на полной скорости дал задний ход. Агент Левис, уже полумертвый, жалобно вскрикнул, когда передние колеса снова проехали по нему. Машина доехала до угла авеню Клебера, повернула к площади Звезды. Было девять часов сорок минут вечера.

– Теперь я убийца, – тяжело вздохнул д'Арси.

– Успокойся, – сказал Эполар. – Ты стукнул американского агента и оглушил полицейского. Вот и все.

– Я убил полицейского.

– Из рогатки?

– Я убил его, – повторил д'Арси уже спокойным тоном. – Я хочу напиться до беспамятства.

– Сейчас не время, – заметил Буэнвентура.

Без четверти десять "консул" въехал на стоянку на Елисейских Полях. В третьем ярусе похитители всей группой пересели в другую машину. Связанного посла Пойндекстера – с кляпом во рту и с мешком на голове – сунули в багажник зеленого "ягуара". Эполар тщательно протер руль, управление, рычаги передачи и ручки "консула". "Ягуар" выехал со стоянки на авеню Георга V. Следуя по правобережной автостраде-экспресс, они вылетели через ворота Берси на кольцевую дорогу в десять часов, всего за несколько минут до того, как после объявления всеобщей тревоги ворота были перекрыты силами порядка.