В пять часов пятьдесят минут он поднялся вздремнуть на последний этаж министерства. В семь часов пятнадцать минут его разбудил глава кабинета, который не спал всю ночь, был бледен и небрит.

– Случилось нечто необычайное, заявил глава кабинета.

– Что именно?

– Похоже, что похищение было заснято на пленку.

– На пленку? Кем? Гошистами?

– Нет. Пришли два агента разведслужб, они ждут внизу. Они сообщили, что некий проходимец, работающий по контракту на ЦРУ, находился в момент похищения напротив "Клуба Зеро" со своей камерой. ЦРУ собирает такие документы, чтобы иметь средство давления на людей, посещающих подобные заведения. ЦРУ официально ничего не сообщило, вот в чем проблема. Информация поступила от французских агентов разведслужб, просочившихся в ЦРУ.

– Просочившихся? Как это? – спросил еще не отошедший ото сна министр. – Что все это означает?

– Я принес вам кофе, вот...

– Хорошо. Нет, без сахара. Так что все это значит?

– Речь идет об одном французском агенте разведслужб, – объяснил глава кабинета. – Он сотрудничает с ЦРУ, где ему выплачивают жалованье. Это он передал сведения.

– Какие сведения? Кому? Я ничего не понимаю, черт побери!

– Сведения о том, что ЦРУ посадило в квартиру напротив "Клуба" своего человека с камерой, чтобы он снимал всех высокопоставленных лиц для досье... Эти сведения разведслужбы получили от агента, которого они имеют в ЦРУ.

Министр выпил кофе и промокнул подбородок бумажной салфеткой. Его взгляд был тяжелым, щеки дрожали.

– Где сейчас этот тип, этот оператор?

– Вот в этом и вопрос, – изящно ответил глава кабинета.

Министр соскочил с кровати, тряся головой. В голубой пижаме и босой он направился в ванную комнату, где включил в розетку электробритву. Глава кабинета оставался на своем месте, потирая губу указательным пальцем.

– Грязная история, – сказал министр.

– Тем более, что оба типа из разведслужб, которые ждут внизу, утверждают, что придется вести переговоры с Граблье, чтобы получить пленку.