Сколько раз жалел, что высунулся, накликал.
Чем этот мальчишка, которому надо скорее жить, лучше этого старика, которому скоро умирать? Ни тот, ни другой ждать не могут, но их письма лежат рядом друг с дружкой уже восьмой месяц, потому что перед ними еще сотня таких же срочных. Наверное, они уже перестали ждать. А вот этот раздражительный дядя с кое-какими заслугами ждет только месяц, но уже…
А вот эта женщина, у которой шестеро детей и которая даже не помышляет об ответе…
Я не обязан ни читать письма, нн отвечать на них; могу только признаться, что иногда люблю это делать.
Эпистолярная психотерапия — особый жанр
Мои ночные санитары
приходят тихо, не спросись,
убрать излишки стеклотары,
промыть сосуды, счистить грязь.
Они работают неслышно.
Пот проступает, как роса.
Я вижу, что из жизни вышло.
Я слышу чьи-то голоса.
(Послушайте… Скажите, кто вы?..
Откуда голоса звучат?..»
Они заговорить готовы,
но не решаются. Молчат.
Когда кончается работа,
подходят медленно ко мне
и смотрят медленно. И кто-то
мурашки гонит по спине.
Взглянув на доску расписаний,
уходят. Остается ночь,
наполненная голосами,
которым некому помочь.
Встань, Адам
Встань, победи томленье: нет побед.
Запретных духу, если он не вянет, как эта плоть, которой он одет.
