Вскоре и сам Хрущёв «прозрел» и пожалел о том, что пошёл на уступки неблагодарному народу, и начал «завинчивать гайки». Те, которые его сместили, потихоньку взялись отмывать от грязи брошенный под ноги народу культ Сталина. Затянувшаяся «слякоть», когда не было ни холодно, ни жарко, «учёными» прозванная периодом «застоя», сменилась горбачёвской перестройкой.

Наступила опять пора надежд, да ещё каких! И чем же закончилось на этот раз? — Как всегда, разочарованием. Когда наступило это разочарование? — То ли тут же после августовских событий 1991 года, то ли позднее, когда обесценились у людей все сбережения советского времени. Разочарование от ваучерной приватизации наступило гораздо позже, спустя несколько лет после её проведения. И конечно же, причиной для разочарований стало принятое Думой и подписанное Ельциным в феврале 1994 года постановление об амнистии руководителе переворота 1991 и путчистов 1993 годов. Амнистия без суда — значит, и без общественного осуждения и осуждения коммунистического режима означала предоставление коммунистам всех политических прав без каких-либо ограничений, т. е. фактически отказ от декоммунизации. А затем были «чёрный вторник» 1994 года, начало первой чеченской войны; угроза коммунистического реванша и ещё много всего другого.

Надежды, ожидания чего-то хорошего, разочарования оттого, что всё осталось по-прежнему или даже часто становилось хуже — всё это обычные атрибуты простой человеческой жизни. И 20-й век, будучи рассматриваемым отстранённо, через призму столетий, может быть, покажется в далёком будущем какому-нибудь историку-исследователю эпохи индустриализма насыщенным такими важными для истории событиями, как войны, революции, крушения монархий, заговоры, перевороты и прочее.

Для человека же, большая часть жизни которого прошла в 20 веке, отдалившегося от него (т. е. от века 20-го) всего лишь на несколько лет, главная его особенность видится в другом. Если из только что признанной обычной схемы — желания, надежды, ожидания, разочарования — устранить разочарования и заодно ликвидировать их носителей, а все желания и надежды посчитать уже сбывшимися, то, как раз и возникнет та ситуация, наличие которой и стало той главной особенностью 20-го века. Мы её назвали фантасмагорией лжи.