- Да? - сказал я. - Что тебе?

- Ar farbror en cowboy? - спросил он. Вдобавок к тому, что я получил некоторое представление о шведском детстве, перед отправкой сюда я прошел сжатый курс переподготовки, освежив свои знания не только языка, но и разных полезных житейских мелочей. Но, разумеется, я не понял ни слова из того, что он сказал, к тому же кто-то мог наблюдать за этой сценой, так что я стоял и молчал как дурак.

- Извини, я тебя не понимаю, - пробормотал я. - Ты не мог бы сказать это по-английски?

- Он интересуется, не ковбой ли вы, - произнес за моей спиной женский голос.

Я оглянулся. Передо мной стояла она: синий костюм, синие волосы и все такое. Вторая встреча с ней не вызвала во мне прилив радости. Она вряд ли могла оказаться нашим агентом, потому что у меня не было запланировано встречи на вокзале, и мне, между прочим, удалось остаться в живых во время войны только благодаря привычке не доверяться никаким совпадениям. И сейчас я по-прежнему считал благоразумным следовать этому принципу.

- Благодарю вас, мэм, - сказал я. - Пожалуйста, скажите мальчику, что мне жаль: я ни разу в жизни не держал в руках лассо. Эта шляпа и эти сапоги просто мой маскарадный костюм.

То была очередная гениальная идея Мака. Я должен был корчить из себя этакого провинциального Гэри Купера, будучи охотником и чудаковатым фотографом. Ну, во всяком случае, для этой роли, при отсутствии прочих достоинств, у меня был достаточный рост. Но, видя устремленный на себя взор женщины, а не мог отделаться от ощущения, что роль, которую меня попросили сыграть, чрезмерно перегружена ненужными деталями, не говоря уж о ее смехотворности. И тем не менее я сам напросился на это задание - после того, как сначала дважды отклонил предложение, - так что мне грех было жаловаться.