При этом период правления первых Романовых в России «допетровских времен» XVII в. характеризуется примерно так: при набожных царях «скорбном ногами» Михаиле Федоровиче и «тишайшем» Алексее Михайловиче. Заметьте, что никто не называет их Михаилом I и Алексеем I, в отличие от Петра I и дальнейших. Их называют по имени-отчеству, как и должно было называть бояр, но не царей, и это далеко не случайно. Например, Н. И. Костомаров [1] и В. И. Буганов [2] приводят свидетельства того, что до конца XVII века бояр Романовых далеко не везде признавали царями — ни в Европе, ни в самой России, за исключением территорий областей, непосредственно примыкавших к Московской.

Да и полудетективная — полуфарсовая история с «великим посольством» молодого Петра Алексеева в Голландию и Англию, когда вся Европа якобы «делала вид, что не узнает русского царя», годится разве что для художественных произведений. Европа не «не узнавала», а окончательно не признавала законности прав Петра Алексеевича Романова на российский престол вплоть до его громких побед над соседями — шведами и турками. Он просто заставил Европу признать себя не только Царем, но и Императором Петром I.

Причем католической Европе это очень не понравилось, поэтому сначала она попыталась перевербовать царевича Алексея, наследника Петра, а затем просто уничтожила его руками самого же Петра. Строго говоря, Петр I и был единственным настоящим Царем России Романовым, которого признали все, поскольку после него мужская династическая линия Романовых прервалась.

А между тем, даже официальная биография основателя династии, боярина Федора Никитича Романова (он же патриарх Филарет), весьма красноречиво свидетельствует о реальной истории прихода Романовых к власти в России. В истории России, да и в общеевропейской истории, роль этого крупнейшего политика начала XVII века до сих пор освещена недостаточно.