- Я человек бывалый, - возразил Ла-Лах. - Я путешествовал по морям и видел знамения и разные другие чудеса и знаю, что все это правда. Я Ла-Лах...

- Обманщик...

- Так зовут меня некоторые, но я справедливо прозван и Землепроходцем.

- Ну, я не такой бывалый человек... - начал Симэ.

- Вот и придержи язык, - обрезал его Боун, и они разошлись в разные стороны, недовольные друг другом.

Когда последний серебристый луч скрылся за гранью мира, Скунду подошел к толпе, сгрудившейся у дома Гунии. Он шел быстрым, уверенным шагом, и те, кому удалось разглядеть его в слабом мерцании светильника, увидели, что он явился с пустыми руками, без масок, трещоток и прочих принадлежностей колдовства. Только под мышкой он держал большого сонного ворона.

- Приготовлен ли хворост для костра, чтобы все увидели вора, когда он отыщется? - спросил Скунду.

- Да, - ответил Боун, - хворосту достаточно.

- Тогда слушайте все, ибо я буду краток. Я принес с собою Джелкса, ворона, которому открыты все тайны и ведомы все дела. Я посажу эту птицу в самый черный угол дома Гунии и накрою большим черным горшком. Светильник мы погасим и останемся в темноте. Все будет очень просто. Каждый из вас по очереди войдет в дом, положит руку на горшок, подержит столько времени, сколько потребуется, чтобы глубоко вздохнуть, снимет и уйдет. Когда Джелкс почувствует руку преступника так близко от себя, он, наверно, закричит. А может быть, и как-нибудь иначе явит свою мудрость. Готовы ли вы?

- Мы готовы, - был многочисленный ответ.

- Тогда начнем. Я буду каждого выкликать по имени, пока переберу всех, мужчин и женщин.

Первым было названо имя Ла-Лаха, и он тотчас вошел в дом. Все напряженно вслушивались, и в тишине было слышно, как скрипят у него под ногами шаткие половицы. Но и только. Джелкс не крикнул, не подал знака. Потом наступила очередь Боуна, ибо ничего нет невероятного в том, что человек припрятал собственные одеяла с целью навлечь позор на соседей. За ним пошла Гуния, потом другие женщины и дети, но ворон оставался безмолвным.