Лишь через год Гетум I возвратился из угрюмой монгольской-пустыни в цветущую Киликию.
Можно думать, что он ехал новым путем — через теперешний Западный Китай, Ташкент, Отрар, Самарканд, Тегеран и Тавриз.
Есть отрывочные сведения, что в 1268 году Гетум снова побывал в «царстве Татарском».
Сказание о скитаниях киликийского царя было включено в «Историю Армении» Киракоса. Современник Гетума, этот писатель был в плену у монголов. Путешествие Гетума привлекло также внимание сирийского историка и врача Григория Абуль-Фараджа, жившего в Алеппо.
Но полностью поход царя Киликии не был освещен и изучен историками.
Он был одним из первых людей, проделавших едва ли не самый длинный путь в Центральную Азию. Гетума следует поставить в ряд с Константином, князем Галича-Костромского, Ярославом Всеволодовичем, Александром Невским, Глебом Васильковичем, Андре Лонжюмо, Плано Карпини, Гильомом Рубруком, Алауддином Джувейни… Они первыми побывали в загадочном Каракоруме.
ЗА ТРЕМЯ МОРЯМИ
Тверской купец Афанасий Никитин, вся жизнь которого нам до сих пор в подробностях неизвестна, был не просто грамотным, но и образованным человеком. В этом убеждаешься, перечитывая его путевые записки, в которых он рассказывал о климатах земного шара, сравнивая зной Багдада с жарой в Дамаске, писал о природном изобилии грузинской земли, Подолии и Валахии. Из другого места его записок видно, что он читал заметки о русских путешествиях в Царьград (Константинополь) в те годы, когда столица Византии еще не была завоевана турками.
Можно предположить, что до похода в Индию Афанасий Никитин встречался с людьми, приезжавшими из стран Востока, или ездил туда сам.
В его сочинении есть следы знакомства с восточными языками. Он знал тюркское наречие, на котором говорили купцы, бывавшие в Хорезме, в Чагатайской земле — теперешней Средней Азии. Знал Никитин немного по-арабски и по-персидски. В Индии его одно время даже называли Юсуфом Хорасани (Юсуфом Хорасанским), будто он и в самом деле был выходцем из Северо-Восточной Персии (Ирана).