Отбросив свою прежнюю тактику, датчанин стал молотить меня обеими руками, и, должен заметить, кулаки у него были отнюдь не пуховыми!

Мне нравятся такие схватки. Хакон стоял прямо передо мной, нанося и принимая удары, и мне не нужно было гоняться за ним по всему рингу, как это бывало со многими моими противниками. Он осыпал меня ударами, но мне по душе такой стиль, и я, улыбаясь во весь рот, стал лупить его по корпусу и по голове. Удар гонга застал нас за обменом ударами в центре ринга.

Толпа оглушительными приветствиями проводила каждого из нас в свой угол, но от одного вида нашего рефери Ярссена, который недобро уставился на меня и при этом загадочно указывал на синяк под глазом, улыбка мгновенно слетела с моих губ.

Я решил как можно быстрее разделаться с Торкилсеном и прорваться сквозь толпу зрителей, прежде чем Ярссен успеет раскрыть мою роковую тайну. Только я собрался рассказать обо всем Биллу, как кто-то дернул меня за ногу. Я глянул вниз и увидел изумленную усатую физиономию Старика.

- Стив! - жалобно заныл он. - Я попал в жуткую переделку!

Билл О'Брайен подскочил так, словно его ножом пырнули.

- Нечего орать "Стив" на весь зал! - прошипел он. - Хочешь, чтобы толпа нас придушила?

- Я попал в жуткую переделку! - запричитал Старик, заламывая руки. Если ты мне не поможешь, я - конченый человек!

- Да в чем дело? - удивленно спросил я, перегнувшись через канаты.

- Во всем виноват Гид Джессап, - простонал он. - Этот гад напоил меня и втянул в спор. Он знает, что я ничего не соображаю, когда напьюсь, и обманом заставил сделать ставку на Торкилсена. Я же не знал, что ты тоже будешь драться...

- Что ж, - сказал я, - это конечно неприятно, но ты всего лишь проиграешь пари.

- Но я не могу! - завопил он. Бум! Раздался удар гонга, и я вылетел из своего угла ринга, а Хакон из своего.