Двери во всем доме действительно были стандартные. Обитые темно-изумрудной искусственной кожей с прожилками. Выглядели они на фоне кремовых стен несколько диковато. Но домоуправление тщательно следило, чтобы ни один жилец не вздумал самовольно поменять этакую красоту на что-нибудь другое. Это же касалось и застекления лоджий. Всем им надлежало хранить единый стиль. И, в общем, это было правильно. Во всяком случае, фасад дома не «радовал» глаз творческими решениями самоучек, соорудивших себе лоджии из кусочков фанеры, разноцветного пластика и обрезков стекла.

Эти правила были прописаны и в контракте, который заключался с каждым новым жильцом. Вольнодумцам за самоуправство выписывался солидный штраф. Что и сдерживало инициативу жильцов.

– Вы недавно переехали в наш дом? – догадалась Мариша и оказалась права.

– Месяца не прошло, как я тут поселилась. Еще толком никого не знаю, но про тебя уже наслышана.

– И что говорят?

– Разное, – уклончиво ответила старушка. – Да, кстати, мы же не познакомились. Меня зовут Гоар Акоповна. На твой слух непривычно, наверное. Гоар – это правильнее будет звучать Гохар. Старинное армянское имя. Меня назвали в честь прабабушки.

– А я…

– А тебя я знаю, – перебила старушка молодую соседку. – Только вот мне что про тебя интересно знать – правду языки болтают или врут?

– Насчет чего?

– Что ты милиции помогаешь. Преступников ищешь, воров всяких.

– Ничего подобного. В милиции я не работаю.

– Но людей разыскиваешь?

– Бывает.

– А деньги тебе нужны?

Мариша ненадолго задумалась. Странный вопрос задала ей бабуля Гоар. Покажите человека, который бы не нуждался в деньгах. Но с какой стати этой армянской бабуле интересоваться ее материальным положением?