– Православный священник выгнал вас?

– Да... Нет, он был очень вежлив, но попросил меня впредь не переступать порога храма и отправил в костел. А я... Даже не знаю, где он находится. А храм был на соседней улице.

Пан Ветр не смог сдержать усмешки.

– Это смешно? – спросила я.

– Нет... Просто вы очаровательны. Вот что я скажу: вам необходимо пройти по местам своего детства. Любимым местам, где вы смотрели на небо, деревья. И ждали... Обычно в детстве ждут чуда... Сделайте это. Прямо сегодня, сейчас...

Я не спросила его «зачем?», так как он был прав... Мы не понимаем и не хотим понимать сумасшедшего, мы не всегда способны, но всегда хотим понять Бога. И, как мне кажется, иногда путаем одного с другим.

Я вышла из такси. Первое место детства. Река с родниково-прозрачной водой. Тогда, лет тридцать пять назад, она мне казалась огромной, почти морем... Сейчас река кажется мне большим ручьем. Я подхожу к полусгнившему мостику, сажусь на песок. Он мокрый, пачкает брюки, но я не тороплюсь подниматься.

И тут я слышу голос. Тонкий детский голос. Голос девочки лет шести:

– Давай улетим?

Она спрашивает меня. А я качаю головой.

– Давай улетим! – повторяет она, уже не спрашивая, а призывая.

– Зачем? – спрашивает другой голос.

Тоже детский, он принадлежит мальчику чуть постарше.

Девочка молчит, ей нечего сказать в ответ. Мне тоже... Да и некому отвечать. Девочка по имени Расма и мальчик по имени Эдгар сидели на мостике, свесив ноги, больше тридцати лет назад. Сегодня их нет, а есть двое взрослых, довольно-таки сволочных персонажей.

И лететь им некуда.

Тем не менее вечером я улетаю.

На сей раз в Россию. На съемки.

Где-то далеко, за много сотен километров от меня по горному шоссе двигается автоколонна армейских грузовиков. В головной машине сидит старший – худощавый парень с седыми волосами.