2) Царствует полная централизация. Частному усмотрению, личному почину, независимо от власти, здесь нет места. Децентрализованная автономия лиц и групп не может существовать, 3) посему здесь частной собственности нет и быть не может, ибо все орудия, средства производства и обращения принадлежат власти ("обществу"); она регулирует и производство, и обмен, и распределение, и потребление, регулирует сверху, из центра, согласно единому государственному плану. То же относится и ко всем сферам поведения граждан. Жизнь каждого из них от рождения до смерти: должен ли он жить или умереть, что делать, как делать, жениться или нет, на ком и когда, как веровать, что есть, где читать и т. д. - все это предопределено сверху. 4) Класса капиталистов как владельцев средств производства и обращения здесь нет, ибо нет частной собственности на них. Но нет и равенства или отсутствия эксплуатации. Слоем лиц, присваивающих себе прибавочную ценность, здесь являются командующие слои общества со своими ближайшими клиентами и помощниками. 5) Все устройство общества вплоть до психики его членов приспособлено к войне и пронизано милитаризмом. Здесь все делается по команде, по нарядам, все, вплоть до науки, учения и духовной жизни. Все общество представляет единый военный лагерь или осажденную крепость; всюду царствует единая военная дисциплина, пронизывающая общество снизу доверху.

Таковы основные черты идеально-предельного военно-социалистического общества.

Война, как сказано, изменяет организацию группы в сторону приближения ее к этому типу. И изменяет тем сильнее, чем, при равенстве прочих условий, война длительнее, тягостнее, чем сильнее она задевает общество.

2

Спрашивается: почему же война влечет за собой такие изменения общественной организации? По многим причинам. Главные же из них были указаны еще Г. Спенсером в его гениальной теории военных и промышленных обществ (1*).