Грегор принял это предложение в надежде, что сможет более свободно пропагандировать социалистические идеи, а сам Гитлер осознает ошибки и сменит свое окружение. Он верил, что постоянные контакты с Гитлером смогут изменить его мировоззрение. Но все было напрасно — НСДАП все больше и больше ассоциировалась не с социалистическими идеями, а с реакционной прокапиталистической политикой. И все-таки Грегор согласился выполнять приказы Гитлера, хотя Отто предупреждал брата: причина конфликта между «северянами» и «баварцами» кроется с различном понимании природы национал-социализма. Грегор был непреклонен. Он вновь решил довериться Гитлеру, как это уже было в начале 20-х годов.
Глава 4
Очередное перепутье: сотрудничество или конфронтация с властями?
К началу 1927 года стало очевидно, что нацистская партия не была единым целым. Гитлер контролировал партийный аппарат, а братья Штрассер руководили собственным издательством, выпуская множество газет, через которые привлекали людей, симпатизировавших левым взглядам.
Стычки между представителями этих двух идеологических направлений сначала разыгрывались на чисто теоретическом уровне. Но со временем споры по вопросам социализма, просоветской ориентации, антисемитизма, антиимпериализма и революционной линии стали приобретать более ожесточенный характер. Все это выливалось в газетные перепалки. Гитлер, клеймивший левых как «клику Штрассеров», в определенный момент понял, что их невозможно ни изолировать, ни дискредитировать. У него имелась одна альтернатива: либо переубедить левых национал-социалистов, либо изгнать их из партии.
И вот пришел звездный час Йозефа Геббельса. Зная о его прошлой популярности в левых кругах, Гитлер решил использовать этого маленького человечка в борьбе с Отто Штрассером.
Сигналом к активным действиям против братьев Штрассер стало назначение Геббельса на пост гауляйтера Берлина.