— А чего гадать? Ты разве не помнишь, как после развала Советского Союза армейцы покорно нашили на рукава власовские трехцветные шевроны, стали клясться в верности законно избранному Ельцину и демократии — и потом, выполняя его приказы, стреляли по нам? Начнись апельсиновый бунт в Росфедерации, генералитет заявит о нейтралитете и о готовности подчиниться законно избранному правителю. А потом произойдет раскол: часть армии перейдет на сторону проамериканского режима, часть — попробует не подчиниться. Но вторая часть окажется без единого руководства, замешкается, замечется, и скоро будет разоружена и подавлена верными марионеточному режиму частями.

— То-то и оно! И я этого боюсь. Оккупация страны с помощью «апельсинового варианта» мне представляется самой серьезной и реальной угрозой. Кремль это понимает, но бессилен что-либо сделать. Мало ли зачем США пожелают произвести такую операцию? Кстати, не люблю Рогозина. Ты ведь знаешь, он ездил на Украину, расхаживал в оранжевом шарфе. Сдается мне, он хочет повторить «оранжизм» здесь, метит в самые главные. Посмотри, как газета «Завтра» надувает его фигуру, давая рекламные статьи! Почерк заокеанских режиссеров налицо. Покорить Россию руками околпаченных оппозиционных граждан…

— Давно я с Рогозиным не виделся. Не знаю… Но разговоры о его контактах с американцами давно идут. Года три назад, работая над статьей по поводу русско-иранской стройки АЭС в Бушере (а тогда американцы выли на весь мир, требуя от Москвы свернуть проект), я пробовал получить комментарий от Рогозина, тогда руководившего думским комитетом по международным делам. До него меня так и не допустили. А помощник Дмитрия Олеговича мне по телефону заявил прямо: нам дороже хорошие отношения с Америкой, чем сотрудничество с Тегераном… М-да, это наводит на неприятные мысли.