Когда вошли Жиль и его жена, Аспер, встал медленно, точно по принуждению, скупо улыбнулся и сел снова, дав на минуту свободу выжидательному молчанию. Но не он прервал его. Истерзанный Жиль сказал:

- Объясните ваше письмо!

- Оно благосклонно. Вы выиграли пари с Фрионом?

- Да, - безуспешно.

- Фрион - нищий?

- Да... и мошенник, кстати.

- Ах! - любовно прислушиваясь к своему звучному голосу, сказал Аспер. - Право, вы очень суровы к нам, игрушкам фортуны. И мы бываем несчастны. Дорогой Седир, я знаю вашу историю. Я вам сочувствую. Однако нет ничего проще поправить это скверное дело. Если вы, начиная с девяти часов этого вечера, отправитесь второй раз в такое же путешествие, какое выполнили Фриону, на тех же условиях, в двухлетний срок, я уплачиваю вам проигрыш Фриона и свой, то есть не сто тысяч, а двести.

- Как просто! - сказал пораженный Жиль.

- Да, без иронии. Очень просто.

Жиль помолчал.

- Если это шутка, - сказал он, посмотрев на изменившееся лицо Ассоль взглядом, выразившим и жалость и тяжкую борьбу мыслей, - то шутка бесчеловечная. Но и предложение ваше бесчеловечно.

- Что делать? - холодно сказал Аспер. - Хозяин положения вы.

Насмешка взбесила Жиля.

- Да, я вернулся раз хозяином положения, - вскричал он, - только за тем, чтобы надо мной издевались! Гарантия! Я пошел!

Все силы понадобились Ассоль в этот момент, чтобы не разрыдаться от горя и гордости.

- Жиль! - сказала она. - И любить и проклинать буду тебя! Как мало ты был со мною! Впрочем, покажи им! Я заработаю!

- Гарантия? - Аспер взял из рук у одного притихшего подобострастного господина банковскую новую книжку и подал Жилю. - Просмотрите и оставьте себе. Сегодня 13-е апреля 1906 года. Вклад на ваше имя; вы получите его по возвращении, если не позже 9-ти вечера 13-го апреля 1908 года явитесь получить лично.