И жидковатый чай, и хлеб, и масло казались Володе в этот вечер особенно вкусными, а все молодые люди милыми.
Разошлись около полуночи, и Володя, вернувшись в свою каюту, быстро разделся, впрыгнул на верхнюю койку, чуть не ударившись головой о потолок, и, юркнув под мягкое шерстяное одеяло, связанное матерью, почти мгновенно уснул со смутными мыслями о близких, о корвете и о чем-то беспредельно счастливом и хорошем впереди.
Глава вторая
ПРОЩАЙ, РОССИЯ
I- Ваше благородие!.. Пора вставать!..
Володя высунул из-под одеяла заспанное лицо и недоумевающими сонными глазами, еще не вполне освободившийся от чар сновидений, глядел и на Ворсуньку, и на белые стены каюты, словно бы не понимая, где он находится.
- Восьмого половина. Скоро флага подъем, Владимир Николаевич. Господа уже встали! - продолжал Ворсунька, стоя у дверей и переступая с ноги на ногу.
Володя вполне очнулся и сообразил, что он на корвете, а не в каких-то таинственно-лучезарных чертогах, в каких только что был во сне. Он соскочил с койки и быстро стал одеваться.
- Как погода, Рябов?
- Пронзительная, ваше благородие... Сырость.
- А ведь мы сегодня уходим, брат.
- Точно так... Даве утром все женатые матросы с берега вернулись, ваше благородие... Прощаться, значит, отпускали вчера вечером.
- Ты рад, что идешь в плавание?
- Никак нет, ваше благородие! - простодушно отвечал Ворсунька. - Кабы моя воля...
- Так не пошел бы?
- Никак нет. При береге бы остался... На сухой пути сподручнее, ваше благородие... А в море, сказывают ребята, и не приведи бог, как бывает страшно... В окияне, сказывают, волна страсть какая... Небо, мол, с овчинку покажется...
- Ничего, привыкнешь.
- То-то привыкать надо, ваше благородие, - проговорил, вздохнув, Ворсунька и прибавил: - а я пойду, барин... Антиллерист приказывал кипятку. Бриться, значит.