
Начиная с XVII—XVIII вв. по мере формирования понятия о личности и роста интереса к ребенку как объекту воспитания складывается тенденция романтизации и сентиментализации детства. Этот возрастной период воспринимают как символ естественной и безмятежно-счастливой невинности, ангельской чистоты в противовес рассудочно-холодной, порочной, искушенной в грехах взрослости. Правда, идеализация детства не содержала даже грана интереса к подлинному живому ребенку и его психологии. Подгонка реального детства под сплав его идеализации с традиционной религиозной моралью начинала серьезно конкурировать с проектированием культуры.
В XIX в., к концу которого относится зарождение научной сексологии, психосексуальная социализация подрастающих поколений отражала официальную мораль. Эта мораль выносила телесность и сексуальность за границы «приличного», и Ф. Энгельс едко иронизировал по поводу работ немецких социалистов, читая которые «можно подумать, что у людей совсем нет половых органов»
Выход из этого конфликта мог быть связан лишь с подготовкой общественного и индивидуального сознания к восприятию объективных данных о психосексуальном мире человека. Реальные предпосылки для этого создаются в ходе научной революции второй половины XIX в.
