Слово «культура» так прочно вошло в наш лексикон, что уже не кажется иноязычным. Между тем оно является калькой с латинского culture (возделывание, воспитание, образование, развитие, почитание) и в самом широком смысле обозначает систему средств и норм, посредством которых общество унифицирует поведение своих членов. Культура как бы вышивает по канве истории, отражая закономерности развития общества на том или ином этапе его развития. Психосексуальная же культура задает систему координат, вне которой нельзя верно понять поведение и переживания конкретных людей. Не всякая психосексуальная культура непременно позитивна. Но какой бы она ни была — она всегда факт, ставящий человека перед выбором: следовать или противостоять ей. Я всегда производно от Мы, но никогда не является его точной копией. В то время как для одних людей женщина, по ироничному выражению В. Войновича, «такой же равноценный товарищ и ее можно отпихивать плечом, потому что и ей позволено делать то же самое», для других она не утративший своей ценности идеал, достойный рыцарского преклонения.

В педагогике, как и в медицине, самое трудное — умело применить профессиональные знания и умения по отношению к конкретному ребенку. Психосексуальная культура создает контекст, в котором поведение отдельного человека обретает свое истинное звучание. Представителям других культур вне знания этого контекста чужое поведение может казаться просто «дикостью», но это то же самое, что обвинять в безграмотности человека, говорящего на другом языке. Взаимные упреки такого рода не более чем свидетельство низкой культуры обеих сторон.