Эксперт с радостью цепляется за предложенную ему «мысль» и говорит так, будто тема обсуждения была согласована заранее. То, что он начинает обсуждать предложенную тему «толпы» означает: он сам признаёт, что именно «неорганизованные беспорядки» и имели место в тех событиях. Прямо это не оглашается, но весь контекст высказывания «эксперта» именно такой, какой необходим Познеру для протаскивания своей манипуляционной установки. Далее после словесной шелухи (показывающей, какой «эксперт» смелый — я там был, я сям был, с «Альфой» в Белый Дом входил; просто герой!) делается вывод: вообще-то у Белого Дома были не просто прохожие (шёл мимо, услышал стрельбу, да и заглянул посмотреть — а что это там происходит?), а там были «пассионарии народа» (дословно). Но только ошибившиеся в выборе! Т. е. делается установка на приведённый вывод: там, конечно, люди были достойные, очень хорошие, но… раз эти люди ошиблись, значит, цель, Идея, которую они защищали и за которую гибли, была не Великой Идеей, ради которой можно было жертвовать жизнью, а чем-то недостойным, не правильным. А это как раз то, что позарез необходимо Познеру, поэтому он и молчит, не перебивая, как Глазьева или Рогозина (вообще, отметим одну важную деталь: Познер НИ РАЗУ не перебивает и не затыкает рот тем, кто оправдывает ельцинских мятежников).

Но «эксперт» на то и «психолог», что бы разбираться в «психологии». Он, высказывая мысль об «ошибке» защитников Дома Советов, понимает: если зрители начнут над этим размышлять — от его установок камня на камне не останется. В соответствии с принципами манипуляции, ему следует немедленно «съехать» с этой скользкой темы (что бы у зрителей не осталось времени на обдумывание его высказываний), но съехать так, что бы при этом сохранялась хотя бы видимость подтверждения того, что он говорит.

И вот он сразу же, без остановки, выдаёт: вот у меня за спиной молодая аудитория (это правда — она действительно совсем «случайно» оказывается молодой как раз за его спиной).