Ленин писал:

"...Открыто признать ошибку, вскрыть её причины, проанализировать обстановку, её породившую, обсудить внимательно средства исправить ошибку вот это признак серьёзной партии, вот это исполнение ею своих обязанностей..." (Ленин, 4 изд., т.ХХV, С.200.)

"...Все революционные партии, которые до сих пор гибли, - гибли от того, что... боялись говорить о своих слабостях. А мы не погибнем, потому что не боимся говорить о своих слабостях и научимся преодолевать слабость" (Ленин, 4 изд., т.ХХVII, С.260-261.)

Ничего в помине из этого не было. Было окостенение мысли, страх перед свободным словом и одно всепоглощающее желание "не пущать!"

А после наступило вырождение и предательство.

Горбачёв действовал с самоуверенностью неграмотного человека. Если бы только неграмотного... Произошла сдача всех позиций, всех достижений, всего добытого гением, старанием, самоотверженностью, могилами, кровью и потом трёх поколений - той великой попытки прорыва в будущее...

Вот и весь сказ.

Справедливости ради, партия генерального секретаря Горбачёва - это была уже не ленинская партия: свой век доживало в старческой дремоте, полуслепое и полуглухое брежневско-горбачёвское "собрание единомышленников". Во всех её ещё громоздких членах уже гнездился паралич воли...

Поставил для сего свои кадры и комсомол, который тоже был уже не ленинский.

Ленинизм - это жгучее неприятие частной собственности, жгучая ненависть к угнетению людей, это верность своим идеалам. Высокие кадры партии разменяли его на корыто собственника, корыто банкира, корыто нефтяного хозяина, корыто заводчика, корыто председателя фонда и даже корыто карателя...

Но справедливости ради: всегда существовала пропасть между народом и высокими кадрами партии. Были они всё той же всевластной и ни в чем неответной сволочью, за небольшим исключением - таким, как Вознесенский, Косыгин, Байбаков и некоторые другие.