Время…

Оно одно не поддаётся разрушению. Оно вечно и неизменно…

Исчезают планеты и галактики. Меняется облик земли. Падают государства и народы. Гибнут люди.

Всё разрушается и всё исчезает, не оставляя в неохватном безграничии пространства совершенно никакого следа.

Не изменяется лишь сущность времени. Оно проистекает из бесконечности и истекает в бесконечность.

Ему ничто не угрожает. Оно вещь в себе. Оно вечно. Ему нет ни начала, ни конца…

Для чего?

Зачем?…

И на этом ничтожном отрезке времени, называемом жизнью, беснуются и безумствуют люди…

Бездарные, маленькие люди, сведённые в политбюро, как и вся верхушка государства, не искали путей совершенствования социалистического строя, усматривая в том отступничество и ревизионизм. Это было очень удобно. В своём догматизме они видели заслугу, похваляясь верностью учению. Для своего оправдания они выставляли на торжественных ритуальных собраниях и съездах портреты и бюсты основоположников – Маркса и Ленина, И уже не с каждым десятилетием, а годом портреты и бюсты становились всё крупнее. Это производило комично-тягостное впечатление, наглядно свидетельствуя о явной умственной несостоятельности партийного руководства.

А народу льстили, уверяя, будто он источник власти и хозяин политики.

Пробовал преобразовать народное хозяйство и бывший кровавый наместник Сталина на Украине Никита Сергеевич Хрущёв, но только ещё пуще расстроил его. Во всяком случае, с него повелись закупки зерна в США на миллиарды долларов во имя процветания американского фермерства. Платили бы нашим мужикам той валютой – затоварили бы родную страну хлебом. Однако не стали платить; лучше, по мнению Кремля, было отдавать американцам.

При Брежневе страну уже откровенно подгрызали со всех сторон, особенно диссидентство, а генсек глотал снотворное и не хотел просыпаться.