Нет смысла останавливаться на достоинствах секретарства Хрущева. В своём большинстве они являлись развитием, продолжением дел Сталина. Политика мира составляла одну из важных черт послевоенных лет. Мощные фестивали молодёжи, деятельность Всемирного Совета Мира, могучие мирные демонстрации… – всё это породил Сталин. Хрущёв лишь предпринял прямую попытку сближения с Америкой.

Введение вместо паровозов тепловозов, а также блочного строительства – это заслуга Хрущёва. Но опять же Сталин поднял из руин все города до Волги, превращённые немцами в груды щебня, – это и было самое большое квартирное строительство в мире.

Ракетная техника оказалась заложена Сталиным, им был предопределён полёт Юрия Гагарина. Громадное развитие науки целиком было обязано Сталину.

Хрущёв пытался переписать военную историю на свой лад – в итоге она оказалась беспардонно пристрастной. Это вызвало необходимость нового издания, оно и вышло под названием "Вторая мировая война" уже после смерти Хрущёва.

Полагаю, демократы неспроста с таким почтением обособляют Хрущёва, как, впрочем, и Андропова (обратите внимание, они его не "облаивают", как, скажем, всех других столпов КГБ). Хрущёв первым вступил на тропу порочных реформ, развала оборонной мощи и народного хозяйства страны.

Каганович свидетельствует, Сталин неоднократно говорил: "Я вообще считаю, что после 70-летнего возраста руководящие товарищи должны уйти от непосредственного руководства; они могут быть советниками, но не управителями"

Но рядом с таким волком, как Берия, Сталин не мог не то, что отойти от власти, но даже на чуть-чуть ослабить струны вожжей. Перед старческой немощью, что уже подступала к нему, он решил обезопаситься от неожиданностей. Всё складывается к тому, что самые преклонные лета до могилы дряхлеющий диктатор хотел прожить без государственного переворота и своего ареста.