О правах сего комитета, усердных просиживателей штанов, свидетельствует такой случай. Незадолго до октябрьского переворота Общеармейский комитет направил Керенскому как Верховному главнокомандующему свою очередную бумагу, которая начиналась словами: "Мы требуем…" Первый демократ Керенский завернул её в Могилёв с пометой: "Общеармейский комитет не имеет права "требовать" у своего верховного главнокомандующего… Он может только "обращаться с просьбой"…" И это назидал тот, кто учредил безвластие в Русском государстве. Все эти великие демократы русской истории, ровно на подбор, всенародный шут к шуту. Один хлеще другого…

Александр Федорович являлся истинным родителем наших демократов, и по части болтливости тоже (он блистал недержанием речи), однако вороват не был, не в пример современным сторонникам прав человека – эти просто растащили государство.

Напомним, как Могилёв оказался Ставкой русских Вооружённых Сил.

Спустя год после начала войны, а коли быть точнее – 8 августа 1915 года (по старому стилю), в губернский Могилёв – этот насквозь еврейский городишко пожаловал Верховный главнокомандующий русскими Вооружёнными Силами, августейший дядя самодержца великий князь Николай Николаевич. С того августовского дня в Могилёве и расквартировалась Ставка, оттянутая несколько в тыл из-за наступления германо-австрийских войск летом 1915 года (с начала войны она располагалась под Барановичами в железнодорожном составе).

А через две седмицы (недели) верховное командование Вооружёнными Силами возложил на себя самодержец. Под свои нужды государь император Николай Александрович занял особняк губернатора. Как пишет красный исследователь октябрьских событий в Ставке Г. Лелевич, "так захолустный Могилёв, по переписи 1920 года насчитывавший всего 39 542 жителя, превратился в центр многомиллионной русской армии"

Журнал "Красная Новь" (1921 год, No2, C.294) подчеркивал, что "нелепая и подлая клевета", обвинявшая Ленина в германском шпионаже, имела своим источником Ставку. Так что у Ленина на неё был своего рода "двойной зуб".