- Это в этой комнате зажимают день рождения? Входи ребята.

Выплывает огромный букет цветов. И где они только его нашли?

- Маша, принимай.

- Ребята..., - виновница торжества, только разевает от восхищения рот.

Борька, бригадир монтажников, выставляет на стол четыре бутылки водки, а Игорь Колыванов вытаскивает из распухшей сетки свертки с селедкой, колбасой, маслом и хлебом.

- Настя, ищи стаканы.

- Где же я их найду?

- Обегай все комнаты, не может быть, чтобы спортсмены не выпивали. Наверняка в каждой по паре стаканов есть.

- У меня, - подсказываю я, - четыре стакана в столе. Сейчас их принесу. Настя пусть их вымоет.

В дверь стучат.

- Входите, не заперто, - кричит Гришка балаболка.

В комнату входит Тамара, та самая по вине которой, как ходили слухи, сгорела гостиница.

- Маша, я хочу тебя поздравить, я тебе несла телеграммы и нечаянно прочитала.

- Спасибо. Присоединяйся к нам. Ребята, у нас есть еще стаканы?

- Достанем. Кто там тебя поздравляет? Мама?

- Мама и Мира.

Девчата нарезают колбасу, чистят селедку и мы вскоре по новой отмечаем день рождения.

- Ребята, - Боря поднял наполненный стакан, - за нашу новорожденную, самую лучшую, самую красивую, самую обаятельную девушку в институте. Дай бог, ей здоровья, счастья и приличного жениха. Поехали.

Мы прогуляли до часу ночи. Я пришел к себе в комнатушку и развалился на кровати. Ну и денек. Дверь скрипнула.

- Кто здесь?

- Это я, Маша. Мы уже там все прибрали.

- Иди сюда.

Маша валится ко мне на кровать.

- Как все таки было чудесно и ребята пришли, и все были в норме.

Я поцеловал ее в щеку.

- Я сегодня останусь у тебя. Хорошо? - шепотом говорит она.

- Хорошо.

Начались горячие денечки с новым запуском. Мы опять с Мирон Ивановичем выезжаем на полигон. Хоть и здания аэровокзала нет, однако взлетное поле заполнено. Уже навезли новые самолеты и технику. По центру дорожки большой крест выведенный белой краской.