Платон был искусным пародистом, и особенно проявил этот талант в своих средних диалогах. Некоторые из философов — приятелей Платона известны сегодня только благодаря его карикатурным пасквилям.
Оракул Мертвых в Эфире определенно функционировал при жизни Платона, и, несмотря на его отдаленность от оживленных путей, существует убедительное свидетельство, что люди стекались туда во множестве.
Без сомнения, хорошо информированный Платон все это знал; у нас нет оснований сомневаться и в том, что популярность оракула лила воду на его мельницу.
Не может ли быть так, что именно Оракул Мертвых в Эфире использован Платоном в VII книге «Республики»? Рассмотрите этот отрывок:
"Позвольте мне фигурально показать, насколько наше естество просвещенное, или неосвещенное: — Задержись! — еловеческие существа, живущие в подземелье, открывают рот на свет и постигают все через это подземелье; здеоь они находятся с детства, их ноги и шеи в цепях, так что они не могут двигаться и могут смотреть только перед собой, потому что цепи не позволяют им повернуть головы. Над ними и сзади них блестят на расстоянии огни, и между заключенными и огнями проложен путь; и вы увидите, если приглядитесь, низкую стену, построенную вдоль пути, подобно экрану, перед которым актеры показывают кукол".
Признаю, что эта удручающая аллегория в какой-то мере пародирует Оракул Мертвых в Эфире. В обоих случаях есть кое-что общее: странные обитатели подземного мира никогда не видят дня, анонимные служители склоняют узников к вере в реальность танцующих на стенах пещеры теней, вызванных колеблющимся пламенем. Узников в конце освобождают и ведут сначала на солнечный свет, а затем к воде.