— Может и не надо было стрелять на поражение? — спрашивает меня юный коллега.— Но, заметив, что вы промазали, я решил не дать ему уйти...

Я похлопываю его по плечу.

— Нормально!.. Ты правильно сделал, старик!

— Комиссар, я первый раз убил человека...

Я понимаю его смятение и душевные муки. Когда-то давно я пережил подобное потрясение. Убить человека,— это совсем не то, что метко стрелять по мишени, когда сердце наполняется радостью от каждого удачного выстрела.

— Малыш, не ломай качан! У него в жизни все равно было больше шансов умереть от пули, чем от свинки! И потом, он ведь очень спокойно грохнул итальянца, не мучаясь и не сомневаясь.

Карманы Гранта тоже пусты! Я потрясен! Мое предчувствие не обмануло меня. Мы на ложном пути! В какие-то четыре минуты лопнула хорошо спланированная операция...

Кажется, весь квартал собрался у моста. Сурки в пижамах изображают из себя мыслящих существ. Мужчины с дипломатическими мешками под глазами, с бесцветными губами, с нездоровым цветом кожи... Дамы с блестящими от макияжа лицами, растрепанные, уродливые. Ужас! Есть от чего бежать без оглядки в общество бретонских моряков «Радость гомосексуалистов!»

Чтобы рассеять толпу, я одеваю на лицо маску свирепости.

— Дамы и господа, пошли бы вы отсюда... спать! Представление окончено... Продолжение вы прочтете завтра в ваших любимых газетах.

Будучи гражданами законопослушными, зрители начинают расходиться. Смешные идиоты по жизни! Среди них найдутся и такие, которые отметят этот ночной переполох еще одним оргазмом, отчего у некоторых из них родятся припадочные дети!

Нет, нет, не такие они уж и плохие люди,— за внешней придурковатостью скрывается интеллект. Правда до него не так легко достучаться даже им самим! Когда они начинают думать, то даже слышно, как в их черепках раздается треск, как будто кто-то колет орехи.