Англия этого допустить не может и в обеспечение того, что это не случится, она требует, чтобы Дания передала ей весь свой флот и чтобы английским войскам было разрешено оккупировать Зеландию, остров, на котором расположена столица Дании. Принц отказался. Тогда британский флот в течение шести дней бомбардировал Копенгаген, а затем высадил десант. Половина города сгорела, в огне погибли свыше двух тысяч его жителей. Командовавший датскими войсками престарелый (72-летний) генерал Пейман капитулировал. Англичане увели весь датский флот, верфи и морской арсенал сожгли. Принц Фредерик не утвердил капитуляцию и велел предать Пеймана военно-полевому суду…

Но, может, пример 1807 года— слишком устаревший? Ведь с тех пор столько гуманистов и правозащитников «в земле Европейской просияли». Тогда вот пример как раз — из того, самого актуального, 1940 года. Исландия в то время была частью Дании (не будем вдаваться сейчас в тонкости их унии). И когда Гитлер в апреле 1940 года захватил Данию, Великобритания, без объявления войны, без объявления вообще чего-либо захватила Исландию. Основание самое элементарное: Дания так и так попадает под Гитлера, но нельзя, чтобы вся, целиком. Остров Исландия для войны пригодится.

И еще как пригодился! Только представьте, что и Исландия стала германской — тогда неизбежно: ни один англо-американский конвой со стратегическими грузами не дошел бы до Мурманска. Более того, ни один конвой в Россию и не вышел бы из американских портов по причине абсолютной невозможности миновать Исландию с германскими базами…

Британское право, как известно, основано «на прецедентах». СССР тоже вел «Большую Войну» с фашизмом. Уже имели место прямые сражения с немцами и итальянцами в Испании, с Японией на Хасане и Халхин-Голе. Перемирия, пакты с главным противником, конечно, заключались (как и у англичан с Наполеоном), но это никак не отменяло главного факта: последней инстанцией разрешения «Большого исторического конфликта» будет схватка СССР — Германия. И присоединение нами в 1940-м году важнейшего стратегического плацдарма, трех республик, недотягивает до Британско-Датского прецедента по всем параметрам. Их правительства не открывали военных действий — раз; отсутствие большой крови и разрушений (как следствие первого) — два.