К августу 1991 года страна подошла в состоянии, описать которое можно лишь при помощи медицинских терминов. Население было охвачено безумием и полностью дезориентировано. На месте вчера ещё стабильного государства образовался разворошённый муравейник. Стержень исчез. У государственного организма наступило полное размягчение что головного, что спинного мозга. Вспоминая всё это сегодня, невозможно поверить, что такое вообще бывает. Однако же было, было. "Всё было, всё было и любовь была!" Как же легко оказалось сорвать резьбу, как легко оказалось сорваться с катушек, как легко оказалось сойти с ума. Помните?

Вы помните банки с водой перед экраном телевизора? Банки с заговорённой водой? Банки! БАНКИ!!! Митинги, возбуждённые толпы, не по-русски бурно жестикулирующих и кричащих друг на друга людей у стендов газет? Вы помните тогдашнее телевидение? "Трансляции"? Очереди у магазинов, "борьбу с пьянством", "Борис, ты не прав" и человека по фамилии Разгон? Вы помните вихрь безумия, подхвативший и понёсший необъятную страну как опалый лист? Вы помните чувство полёта, которое тогда испытал каждый? Чувство, которым охвачена летящая на помеле ведьма? Страшно. Страшно. Вы помните катастрофы тех лет? Невиданные и небывалые катастрофы? Одна за другой, как по заказу. "Чую с гибельным восторгом – пропадаю, пропадаю!" Но, удивительное дело, власть, та самая власть, которой и положено рулить, собирать и разгонять, вожжей на себя не тянула, коням губ не рвала, а наоборот, нахлёстывала со свистом. Быстрее, ещё быстрее, выше, круче! Однова в жизни живём! И-и-эх! "Лети, лети, я полечу с тобой…"

И вот в этом полёте страна вошла в август 1991.

19 августа 1991 в 6:06 утра агенство ТАСС сообщило гражданам, которые уже и не знали, каких ещё им новостей ждать, новость новенькую – власть в стране перешла к вице-президенту Янаеву "в связи с невозможностью по состоянию здоровья выполнения Горбачевым Михаилом Сергеевичем своих обязанностей Президента СССР." Бедная Россия, какие-то президенты, какие-то "вице", Боже, Боже!