— С чем связано ее решение?

— Не знаю. Но она настаивает. В жесткой форме. Хочет перевести за границу очень крупную сумму денег: можно и вовсе не работать. Рожай детей и радуйся жизни, но только я так не могу. Я очень люблю животных, мы заведем свою ферму.

Дождь продолжал поливать дорогу сплошными струями, встречные машины слепили яркими фарами, с правой стороны чернел Финский залив, отражая в своих водах вспышки молний.

— Ты знаешь, Юлечка, я начинаю чувствовать себя охотником за приданым. Нищий периферийный дизайнер нашел себе принцессу с мешком денег и решил окрутить ее. И ты думаешь, родственники воспримут меня как пылкого влюбленного?

Вячеслав загасил сигарету и взял новую.

— Родственники тут ни при чем. Тебя трудно обвинить в корысти. Мы познакомились по Интернету. И о моем приданом ты только что услышал. А родственники о нем ничего не знают. Моя мать для них — взбалмошная умирающая старуха, ничего не имеющая, кроме фамильной усадьбы, которую мы с сестрой даже продать не сможем. После смерти последнего отпрыска князей Оболенских она перейдет в собственность государства как памятник архитектуры. Если мы с тобой уедем жить за границу, имение останется моей родной сестре. Нет, злоумышленником тебя не назовешь. Ты предложил мне стать твоей женой до того, как узнал, кто я.

— И еще я узнал, что ты любишь совсем другого человека.

— Не надо об этом, Вячек. Речь идет о сказке. Я влюбилась не в человека, а в образ, в мечту любой девушки. Но мечта превратилась в мираж, который растаял в воздухе. Просто на сердце остался очень глубокий рубец. Вряд ли меня когда-нибудь посетит такое чувство, как любовь. Не хочу даже думать на эту тему. Миражи остаются миражами, а жизнь есть жизнь. Ты мне дорог своей добротой и любовью. Большего мне не нужно. Я буду тебе верной и преданной женой. За это ручаюсь.

— А если твой миф воскреснет?