- Проваливай! - ответствовал изгой индустриального общества.
- Ты подумай, - настаивал Римо.
- Сам мозгами пошевели, - огрызнулся тот. Голос его неожиданно показался Римо знакомым. Он пристальнее вгляделся в покрытое грязью лицо.
Перед ним сидел знаменитый голливудский актер, приобретший славу и состояние на фильмах о Вьетнаме, фильмы его Римо не нравились - на вьетнамскую войну это было похоже так же, как "Эмпайр стейт билдинг" на индейский вигвам. Римо вспомнил - ведь у этого типа есть сын, тоже актер, который сподобился продолжить отцовский промысел. Тоже снимался в фильмах о Вьетнаме. Ни одного из них Римо, правда, не смотрел. Его несколько коробили заявления папы с сыном о том, как глубоко проникли они в психологию ветеранов вьетнамской войны, побывав под обстрелом холостыми патронами на гавайском побережье, где снимались их фильмы.
Сам Римо хорошо помнил ту войну.
- А вы случайно не?.. - начал Римо.
Актер резко оборвал его:
- Автографов не даю.
- Да мне и ни к чему, - Римо снова пожал плечами. - Я хочу вам помочь, серьезно. Ужасно грустно видеть вас в таком положении. Но... почему вдруг вы оказались на улице? Разве ваши дети не могли позаботиться о вас?
- Что значит - не могли? Они и заботятся. Вон, сзади сидят. - Актер кивнул на две фигуры, привалившиеся друг к другу несколькими ступенями выше. - Оба здесь.
Ну да, вспомнил Римо, ведь у него два сына. И младший - тоже актер. Черт, наглухо вылетела их фамилия. И оба парня в таких же лохмотьях...
- Акция протеста, понял? Против бесчеловечного обращения правительства с бездомными, - прервала его мысли кинозвезда.
- И как же вы протестуете? Одеваясь в лохмотья?
- А ты чего хотел? Лучший способ понять кого-то - пожить так, как он, - осклабившись, актер извлек из бумажного пакета бутылку виски.
- Вы бы лучше пожертвовали в какой-нибудь социальный фонд.
- Это помогло бы лишь сегодняшним бездомным. А как быть с завтрашними? С будущими поколениями лишенных крова? Нет, поправить дело может лишь политическая акция. Чего не хватает сегодняшней Америке - так это стыда!