Подобных примеров – хоть отбавляй. Например, Путин может, встречаясь со студентами, Единый государственный экзамен (ЕГЭ) отчего-то начать называть Единым экономическим экзаменом (ЕЭЭ) (А. Колесников. «Увидеть Путина и умереть», «Эксмо», 2005), а на совещании в МИДе с послами 130 государств перепутать Североатлантический договор с Варшавским.

Невозможно не упомянуть и о монологе, произнесённом Путиным на встрече с Бушем в Ново-Огарево. Наблюдательный журналист пишет о ней так: «Владимир Путин начал с поздравления с праздником и очень быстро перешёл к тому, что перед президентом США стоят, как известно, большие задачи в социальной сфере, и вот российско-американское сотрудничество в энергетике позволит решить многие из них. У президента Америки эти слова вызвали просто приступ хохота. Он пару минут не мог справиться с собой. Он загибался от смеха, пытаясь подавить его, но не мог».

И в каких-либо комментариях эта очередная «ляпа», надо полагать, не нуждается.

Но всё же самыми впечатляющими следует считать рассказы нынешнего кандидата в президенты РФ о его бывшем шефе Анатолии Собчаке:

- Собчак – это преподаватель нашего университета. Хотя он, наверняка, меня не помнил. Я у Собчака не занимался (Н. Геворкян. А. Колесников. «Железный Путин». «Коммерсантъ», 10.03.2000 г.).

Итак, запомним: Путин у Собчака не учился. Идём дальше:

Уважение он у меня вызывал. Тем более, было приятно, что это преподаватель нашего университета, у которого я учился.

Вот, оказывается, всё-таки учился…

- Мы ведь с ним видимся первый раз, он профессор, доктор юридических наук, председатель Ленсовета, - говорит Путин, вспоминая одну из встреч с Собчаком.