— Деньги заменяют мне одежду, — сказал Грофилд.

— Это не смешно, — ответила она. — Это вовсе не смешно. — Она швырнула деньги обратно в чемодан.

— А я полагал, это очень забавно, — отозвался Грофилд. — Ну, не то чтобы с ног повалиться от смеха, но хотя бы усмехнуться, слегка улыбнуться, слегка…

— Ладно, хватит. Признаю, вы меня завели. Я думала, у вас и впрямь было это невероятно романтическое приключение и теперь вы в ужасной беде, и все из-за любви. Ну, всякое такое.

— Мне и самому понравилась эта история, — признался Грофилд.

— Ну, придется вам придумать что-нибудь получше, — сказала она.

Грофилд заколебался, гадая, не пора ли рассказать правду. Иногда лучший способ ее скрыть — это выложить все как на духу. Заранее предполагая, что ему солгут, слушатель впоследствии наверняка не правильно истолкует любые оговорки или догадки, которые могут возникнуть.

Казалось, сейчас наступил именно такой момент. Грофилд хитровато улыбнулся и сказал:

— Я украл эти деньги.

— Об этом я уже догадалась. Вопрос в том, где?

— В одном казино на острове у побережья Техаса. Видите ли, я актер, а в наши дни актеру, который держит свой театр, невозможно свести концы с концами.

Если только вы не готовы продать свое дарование киношникам или телевизионщикам, не остается почти ничего, кроме как…

— О чем это вы, черт возьми? — спросила она.

— Об игре на сцене, — ответил он. — Вы можете себе представить, что в лучший свой сезон я заработал жалких тридцать семь сотен долларов игрой на сцене?

— А эти деньги откуда? — спросила она, указывая на чемодан.