Настрой был там такой, чтобы начальство было «Интурбанке» “свое”, а бизнес сам пойдет в Кремль, куда ему деваться. К концу года банк должен были проинвестировать крупный проект, должен был вырасти второй рынок, плюс международные рынки, которые развивались и выходили на полную мощность. Но перспективный проект кремлевские руководители прекратили финансировать. Мало надувать щеки с бестолковым кремлевским видом, надо еще что-то понимать, принимать грамотные решения и делать! Они же считают только те деньги, которые можно перекачать из государства в свой кошелёк.

С банка продолжали требовать деньги, управляющий денег не давал, видал он всех кремлевских засранцев... Советник президента кричит: “Он врет, у него денег как грязи”. Да, действительно, по счетам, по балансам было $490 млн. на замороженных счетах. И по импортным контрактам в «Интурбанке» около 188 млрд. На самом деле это были не живые деньги, в то время из-за неумелого управления и остановки процесса зарабатывания денег “Интурбанк” уже просел. Кремлевские посмотрели баланс — денег много, всем хватит, деньги надо вынимать из идущих операций. У банка была дебиторка, векселя и целый ряд финансовых схем, над которыми надо было думать. Ценные бумаги кремлевские за деньги не считали, к тому же они уволили специалистов. Под залог банка были завезены деньги (кредит на $84 млн. под залог 30% акций банка), туда ушли векселя. Векселя были заложены, под эти векселя были получены деньги. Там присутствовала банковская сложная многоходовая схема, которую в стране разрабатывали и реализовывали специалисты международного уровня для привлечения международных финансов. В то время с ней пытались разбираться прокуратура, ФСБ и другие ведомства, подконтрольные прямым указаниям Кремля. Вызывали советников и специалистов, но никто не объяснил и не рассказал о деньгах ничего – при наличии всех документов, где векселя, как они лежат, зачем лежат и как их в страну вернуть.