Неужели к списку демократически уничтоженных государств – Югославия, Ирак, Афганистан – сегодня прибавится и Ливия?

И ещё.

Как и многие наши специалисты, работавшие в Ливии, я всегда относился к ливийцам немного скептически: этакий взгляд «старшего брата» на меньшего. Мол, и ленивы они излишне, и нелюбопытны, неторопливы и неинициативны – не бегут толпой «брать от жизни все», а живут размеренной и, на европейский взгляд, скучноватой жизнью. И хотя я, как и большинство моих знакомых, всегда относился к ним с симпатией, но никогда не думал, что когда-нибудь стану их по-настоящему УВАЖАТЬ.

…За 40 с лишним лет после победы революции ливийцы успели изрядно подзабыть о прелестях иностранной оккупации, колонизации и империализма, а после отмены санкций и вовсе «расслабились», молодежь даже захотела «демократии по-американски». Но сегодня им пришлось всё вспомнить. Даже те, кто поддержал мятежников в Бенгази, схватились за голову и не хотят прихода войск НАТО (правда, их уже никто не спрашивает – как в старом анекдоте: «Драку заказывали? Нет? Поздно – заказ принят: ждите, уже выехали»).

Сейчас ливийцы снова оказались в кольце врагов, но не бросились навстречу американцам сдавать своего вождя и командира, как это сделали иракские генералы, как это сделали сербы, выдавшие Милошевича на верную смерть фашистскому трибуналу в Гааге. Нет, они сплотились вокруг своего вождя – Муаммара Каддафи. Они вдруг вспомнили о древнем арабском кодексе чести. В своей основе это ещё родовое, бедуинское понятие (а многие триполийцы – это выходцы из благородных бедуинских кланов, еще не утратившие своих духовных корней), включающее в себя преданность своему племени и своему народу, готовность отдать жизнь за него, за свою честь и свободу; понятие «свободы» – т.е. неподчинения чужой воле – для бедуина-кочевника ключевое. Сегодня ливийцы говорят: «Мы свободные люди и, если нужно, отдадим жизнь за нашу свободу. Мы ненавидим американских шакалов и будем биться с ними до последнего. Мы не сдадимся и не предадим».