Слабый человек, даже одетый в форму и при оружии, остаётся слабым. Если ты в органах не ради защиты сограждан, а ради «прикосновения» к «власти», к чему-то сильному – ты будешь до последнего радостно обманываться, будто совершаешь великий подвиг: защищаешь систему, режим, строй, служишь закону… Но при этом не будешь служить народу. И никогда не захочешь знать, кто и с какой целью на самом деле придумал этот закон и заставил его принять тех, кого народ не выбирал. И уж тем более не захочешь отвечать за свои действия перед теми, на кого тебе было приказано поднять руку. Служба народу – это сложно и непонятно, так как приходиться слушать совесть. Легче служить двум «батяням»: комбату и банкомату. Вот какой взгляд на службу Родине породила собственная многолетняя безответственная служба наших «народных избранников». «Избранников», чью работу под страхом обвинения в экстремизме они же сами и запретили нам оценивать. Но обратную связь с народом невозможно прервать раз и навсегда. И чем дольше эта связь восстанавливается – тем больше она похожа на петлю.

Внешний вид центра сердца нашей Родины все эти дни прямо указывает на свершившуюся оккупацию: войска-войска-войска. Если ВВП хотелось по-человечески отпраздновать победу своего насилия над народом, то патриоты могут быть спокойны: этого не получилось. Если же именно так режим теперь и хочет проводить праздничные для него даты –это не человеческий режим.

В целом произошедшее столкновение показало, что значительно вырос процент людей, кто не просто перестал считать полицаев неприкосновенными, а готов уничтожать при первом же проявлении агрессии с их стороны. Люди легко поддавались эмоциям, заведомо видя в одетых в форму не охранников правопорядка, а продавшихся (или проданных своим начальством) предателей Отечества, поднявших руку на кормящий их народ.