Также существует контракт на сумму в три миллиарда долларов с государственной компанией «Российские железные дороги» на строительство высокоскоростной железной дороги между ливийскими городами Сирт и Бенгази, и другой, на три миллиарда долларов, в нефтяных и газовых контрактах, подписанных Каддафи с российскими государственными компаниями «Газпромом» и «Татнефтью».

Эксперты считают, что оставив Каддафи, с которым у России давно были хорошие отношения, Москва лишь признает неминуемое. Но пока страны собираются в Париже, чтобы обсудить будущее развитие Ливии, за кулисами уже идет активная борьба за экономические контракты, будущие и прошлые.

«Да, Россия признала правительство повстанцев, а что еще она могла сделать?» - спрашивает Борис Кагарлицкий, директор независимого московского Института проблем глобализации.

«Эта драма близится к развязке, и до сегодняшнего дня российский МИД находился в некотором параличе. Наконец они поняли, что если будут продолжать ждать, все уйдут вперед без России», - сказал он.

Некоторые аналитики предполагают, что неизбежная победа повстанцев в Ливии может политически помочь Медведеву во все более жесткой и пока не объявленной конкуренции с премьер-министром Владимиром Путиным за выдвижение на выборах президента, до которых остается около шести месяцев.

Медведев всегда мягче, чем Путин, высказывал критику Москвы в отношении военной операции НАТО, которая «превысила мандат» резолюции СБ ООН, разрешившей использовать силу для защиты мирного населения, с воздуха помогая повстанцам свергнуть Каддафи. В какой-то момент Медведев публично осудил Путина за использование слов «крестовый поход».

Эксперты считают, что изменение позиции Кремля может вызвать приступ стыда, но не будет иметь никаких долгосрочных последствий для Москвы.