У нас ничтожная минимальная оплата труда, в переводе на западные деньги - всего 120 евро. Ниже этого числа зарплате действительно нельзя опускаться, потому что последует потеря работника от истощения. От этой скромной базы рассчитываются пособия, льготы, штрафы, пенсии. Для сравнения, во Франции минималка - 1200, в Ирландии - 1300.

Стали прятать доходы за средней зарплатой и на предприятиях. Например, на Уралвагонзаводе в Нижнем Тагиле, откуда в телевизионном разговоре с Путиным прозвучал угрожающий рык одного из начальников цехов, обещавшего прислать «мужиков» в Москву для разгона демократических митингов, средняя зарплата 22 тысячи рублей. У директора этого завода Олега Сиенко, как говорят рабочие, она составляет около миллиона рублей в месяц. Но директор, словно не зарабатывает, а ворует эти деньги, боится сказать правду. Корреспондент одной из газет спросил у него: «Какова Ваша зарплата»? И директор ответил: «Задать можно, ответить нельзя. Я считаю, что даже между работниками обсуждения зарплат является неправильным подходом». Под таким секретом от народа у нас и держатся настоящие, а не усредненные зарплаты, особенно директоров и различных менеджеров. Если вывесить в цехе такую ведомость, рабочие бы сравнили свои скромные вознаграждения с доходами менеджеров и сразу бы взбунтовались, пошли стеной.

Удручающая черта российской бедности – это работающие взрослые люди, чьи зарплаты ниже прожиточного уровня, их 30% от всех бедных. Кроме того, у российской бедности «детское лицо» - 61% всех бедных семей - семьи с детьми. При всех призывах властей к молодым семьям рожать больше детей, в реальности рождение ребенка, а тем более двух, погружает молодую семью в состояние бедности или в нищету.