Екатерина Рогоза норовит предстать перед нами маленьким, малюсеньким винтиком, шестерёночкой, от которой-де ничего не зависит. Нет, она не твердит: «Я не видела, я не понимала», она признаёт, что её начальники покрывали убийц, верша тем самым преступление, и справедливо клеймит их «продажными чиновниками» и, праведно негодуя, требует для них неотвратимого возмездия, выставляя себя при этом беспомощной жертвой незаконных приказов и, самое страшное, продолжая считать саму себя и таких же, как она сама, сослуживцев честно выполняющими свой долг. Честно! - с честью значит. И это страшнее любых цапков, когда человек, облечённый громадной властью, практически необузданной властью над народом, властью казнить или миловать, возможностью возбудить против каждого из нас уголовное дело и годами без суда и следствия гноить человека в тюрьме! Годами! И примеров тому тьма тьмущая, и мы через это, через таких вот следователей и прокуроров, сами проходили. А когда суд, наконец, признает невиновным человека, по произволу такого вот следователя гнившего в заточении годы, с такого следователя никакого спроса. И вот такой человек, прикрывающий преступников и бросающий за решётку невинных, этот человек в офицерских погонах честным исполнением своего долга считает лишь одно - служить покорно и преданно своему начальству даже тогда, когда сознаёт, что начальство творит преступление, и иного выбора при этом для себя даже не мыслит – поступать по чести, совести, служа Закону и Конституции, оставаться верным Присяге. И это не слепая вера начальству – да какая там слепота! – если так точно и зло клеймит Рогоза своё начальство, это осознанная подлость во имя шкурных интересов – званий, наград, премий, благосклонного отношения к себе начальства, повышения по службе, чтобы потом, сделав карьеру, при званиях, орденах и благосклонном отношении вышестоящих, вырасти в Чайку, взмыв к вершинам беззакония, но сохранив навсегда, кровь свою пропитав привычкой служить не народу, не Закону, а начальству.