В толковании слова “инакомыслящий”, то есть имеющий иной, не сходный с кем-либо образ мыслей, иные убеждения, взгляды, солидный Словарь ссылается и, по-моему, удачно на В.Г. Короленко, на образец его публицистики “Честь мундира”: “Понятно, какими политическими перлами украшают такие авторы свои статьи по адресу инакомыслящих”.

Не вдаваясь в излишние тонкости, признаюсь, что до сих пор не разберусь, чем отличаются официальное единомыслие от “холерного” разномыслия, а это, последнее — от “разлагающего” инакомыслия.

По опыту своих исторических разысканий, могу судить, что ни единомыслие, ни разномыслие, ни инакомыслие в чистом виде ни в природе, ни в обществе не встречаются — они существуют лишь в среде чистого разума, где царят и царствуют вольнодумные философы. А философы, как всем известно, могут с непревзойденным изяществом доказать: то, что есть, не существует, а то, что не существует, — напротив, есть.

А если серьезно, то и вопросы возникают серьезные: кто носитель единственно правильного мышления, чьи мысли и суждения безупречны и могут составить критерий, оселок единомыслия? Почему-то в истории человечества в роли хранителей беспорочности прежнего вероучения и, одновременно, гонителей вероучения нового выступали исключительно особы, облеченные абсолютными властными полномочиями. Римский император Галерий, возможно, давший свое имя галерам, которые стали синонимом рабства, символом бесправия, известен в истории и как один из самых яростных гонителей христианства и христиан. Они для него были явно инакомыслящими, а значит, и разно с ним мыслящими, и, естественно, не могли не быть гонимы и истребляемы…

Стремление привести все к единому знаменателю равно по силе простой и естественной нужде, оно свойственно всем, но почему-то особо настаивают на обязательном единомыслии те, кто находится в верхних эшелонах власти, кто свои мысли принимает за эталон всех мер и весов.

Возьмите нынешний расклад сил в государственной пирамиде.