Услышав последнее слово, Ольга вдруг настолько проворно взлетела с травы, что я даже удивилась. Она кинулась к детям, а мы остались с Галькой.

– Кто это, Галь? – спросила я у нее.

– Понятия не имею, – пожала та плечами. – Бомж какой-то.

В это время один из милиционеров поднял с земли большую спортивную сумку. Галька вдруг прищурилась и вся подалась вперед. Потом она крепко сжала мое плечо.

– Ты что? – удивленно спросила я.

– Ничего, – сквозь зубы ответила Галька. – Пойдемте отсюда!

По дороге мы все молчали.

«Вот тебе, сходили за грибами! – злилась я неизвестно на кого, а больше всех на себя, – черт меня дернул их в лес вытащить! Теперь еще приятных впечатлений добавилось!»

– А у меня ведь беда, – шепнула мне Галька по дороге.

– Какая? – подняла я на нее глаза.

– Дом обокрали!

– Да ты что? Когда?

– Сегодня ночью! Представляешь, я в город ездила, возвращаюсь – и вот…

– Много вынесли-то?

– Да нет. Но замок сорвали, гады! Теперь новый нужно покупать. Придется Петровича просить ставить. Взяли так, по мелочи, да все равно жалко…

– Да уж… – протянула я, думая, что наш спокойный дачный поселок превращается в какое-то Чикаго.

Приведя Ольгу домой, я усадила ее на стул и налила ей еще рому. Да, похоже, такими темпами бутылка долго не протянет…

Галька убежала к себе, взяв с собой детей. Я пообещала прийти за ними вечером.

– Приходите обязательно! – крикнула Галька. – Поговорить нужно!

Ольга продолжала охать.

– Успокойся ты! – разозлилась я. – Чего разохалась? Ну, убили, что ж теперь? Не твоего же мужа!

Ольга испуганно замахала на меня руками. Потом сделала еще глоток, вытерла губы и сказала:

– Ох, Поля! Ты ничего не понимаешь! Ты знаешь, кто это? Я его узнала! Это Скворец, который был с Мутным у нас на даче! Тот самый, что меня изнасиловать хотел!