Гештальт-терапия в противоположность психоанализу не многое может добавить к динамике интерпретации психопатологического феномена. Это больше «терапия», чем теория, больше искусство, чем психологическая система. Но, как и психоанализ, Гештальт-терапия имеет философскую основу. Отношения, показанные выше, с их трехчленной предпосылкой составляют философский фундамент Гештальт-терапии. Более того: Гештальт-терапия держится на негласном философском положении, передаваемом от терапевта пациенту или студенту посредством определенной процедуры без необходимости объяснения. Кроме этого: я хотел бы предположить, что эмпирическая ассимиляция столь трудно выговариваемого Weltanschauung (нем. «мировоззрение» - прим. перевод) является скрытым ключом к терапевтическому процессу. Все это требует, чтобы особая философия жизни стала основой Гештальт-терапии, так же как особая философия сопутствует психоаналитической терапии.

Передача отношений, подобных приведенным выше, через средства, характерные Гештальт-терапии, подобна процессу создания скульптуры мастером с использованием средств его искусства. В обоих случаях содержание выходит за возможности каждого инструмента, хотя инструменты и подбираются для его выражения. К сожалению, одной из наших человеческих слабостей является вера, что формулировки и техника сделают для нас все, это показывает история любого культа, история непрекращающегося оцепенения правды в закоснелых формах.

Говоря о «невыражаемости» в прямом виде философии Гештальта, я не имею в виду таинственность, как в психоанализе.