Начиная с февраля 1917 г., область моих наблюдений значительно расширилась. Вследствие происшедшей революции крестьянские и рабочие массы вступили с этого времени на арену общественной жизни. Начиная с апреля и до поздней осени по всей необозримой поверхности страны, во всех городах, больших и малых, во всех селах и деревнях кипела и бурлила общественная жизнь, одним из первых проявления которой были митинги. Митинги возникали повсюду: на площадях, скверах, рынках, улицах, в театрах, кафе. Центром зарождения митинга мог сделаться всякий. С невероятной скоростью его окружала человеческая масса. Эти случайные агрегаты отличались обостренной импульсивностью и представляли для меня интереснейший объект наблюдения. О всех массовых явлениях, о тех или иных выступлениях, о количестве митингов я собирал статистические данные из ряда газет и сам занимался наблюдением за поведением толпы. Эти далеко не точные подсчеты и несовершенные наблюдения все же подтвердили во всех деталях мои первоначальные заключения: в дни сильных напряжениях в солнцедеятельности, извержений и выбросов число массовых явлений резко увеличивалось; вырастала реактивность коллективов как случайных, так и организованных.

В тоже время я обратился к доктору А.С. Соловьеву с просьбой организовать ряд подобных наблюдений. Наблюдения А.С. Соловьева дали крайне любопытные результаты, подтверждающие влияние крупных бурь на Солнце на психическую сферу нервнобольных. Это влияние сказывалось в расстройствах самочувствия и затемнения сознания, нарушении волевых действий, влечений, повышенной эмоциональной возбудимости, раздражительности, расстройствах моторной, сердечно-сосудистой деятельности, в нарушениях сна и т. д. Женщины как общее правило обнаруживали большую реактивность, чем мужчины. Зная о состоянии солнцедеятельности, можно было заранее, за неделю, предсказывать 4-5-дневные периоды общего возбуждения больных.