Личность Лоренцы также раздваивается: в состоянии транса она любит своего мужа и благодарна ему за спасение от бандитов, но когда «просыпается», то ненавидит его и желает, чтобы ее отпустили в монастырь, куда она и направлялась перед нападением.

Однако успех «Трилби» превратил именно Свенгали в прообраз гипнотизера, а его метод введения в транс на долгие годы вперед стал литературным описанием процедуры гипнотизации и, таким образом, покорил целые поколения читателей. Так выдумка дю Морье увековечила два ложных положения: 1) человека можно постоянно держать в состоянии транса; 2) гипнотизер способен заставить нас делать то, чего в обычном состоянии мы не сделали бы. Злодей Медина в триллере Джона Бучана «Три заложника» (1924) также держит своих жертв в состоянии перманентного транса. Полное подавление воли человека под гипнозом выдвигается на первое место не только в дешевых триллерах, но и в произведениях более высокого уровня. Уродливый и хвастливый фокусник и эстрадный гипнотизер Чиполла из романа Томаса Манна «Марио и волшебник» (1930) любит воздействовать на публику и с помощью гипноза заставляет некоторых унижаться на потеху всем остальным. В несколько тяжеловесном рассказе Сомерсета Моэма «Маг» (1908) злодей Хаддо (его прототипом является Алистер Кроули, которого Моэм знал) гипнотизирует Маргарет, чтобы заставить ее уйти от жениха и, таким образом, отомстить парню. Хаддо полностью подавляет волю девушки и своей злостью пробуждает ранее скрытую дьявольскую часть ее натуры. В одном месте блестящего романа «Джек Маггс» Питера Карей (1997) господство гипнотизера над волей субъекта становится настолько всеобъемлющим, что последний издает нечеловеческий вопль: «Разбуди меня!»

Жизнь русского монаха Распутина была сама по себе весьма необычной, а литературные переложения еще более ее приукрасили.