Как помнится, несколько недель тому назад премьер-министр РФ В.В.Путин задал бизнесу вопрос в том смысле: «Почему, если цены на нефть в мире снижаются, то в отечестве цены на нефть и нефтепродукты и не думают снижаться?» Постановка вопроса главой правительства произвела на «стихию» отечественного рынка нефтепродуктов впечатление, и цены на них в РФ в течение нескольких недель снизились: в частности, на бензин — на рубль - два за литр (от 5 до 8 %).

Поскольку нефть и производимое из неё топливо входят в базу прейскуранта

«Банк России (ЦБ) демонстративно снизил курс рубля к корзине валют на 30 копеек и

Понижение курса рубля облегчает экспорт, но затрудняет импорт. Насколько эта мера адекватна общественным потребностям в условиях, когда до 70 % продовольствия и ещё бόльшую долю промышленных товаров Россия импортирует, — вопрос открытый: для ответа на него надо анализировать балансы продуктообмена и финансовые как экспортно-импортные, так и внутренние межотраслевые и межрегиональные. Но доверия ЦБ в том, что он управляет курсом рубля в интересах общественно-экономического развития России с момента превращения ЦБ в «государство в государстве» в 1991 г. — нет.

Повышение ставки рефинансирования создаёт дополнительный заведомо неоплатный долг, управленчески-функциональное назначение которого — уничтожить положительный эффект вразумления «стихии» рынка нефтепродуктов премьер-министром и обострить кризис.

Являются ли действия Центробанка выражением вредительства либо извращённого представления о характере макроэкономических процессов, — значения не имеет: последствия одинаковы — усугубление кризиса.

Кроме того, в очередной раз выяснилось, что отечественному банковскому сектору в целом (а не только Центробанку) не свойственен патриотизм: коммерческие банки, которым была оказана государством помощь в преодолении ими кризиса ликвидности