Теперь поговорим о трансе… и транспорте. Странная психическая эпидемия охватила жителей индустриальных стран в начале прошлого века — «transpoting», наблюдение за движущимися поездами. Горожане испытывали ощущение транса от самой возможности быстрого перемещения в пространстве. Сейчас маятниковые поездки работа-дом для жителя мегаполиса составляют повседневную норму жизни и занимают не менее двух часов в день. Десять миллионов пассажиров ежедневно перевозит столичное метро, еще два миллиона привозит электричка — это телесная практика повседневности.

Андрей Платонов в «Чевенгуре» демонстрирует силу дорожной медитации: «Дванов закрыл глаза, чтобы отмежеваться от всякого зрелища и бессмысленно пережить дорогу до того, что он потерял или забыл увидеть на прежнем пути. Через два дня Александр вспомнил, зачем он живет и куда послан».

Техника медитации нацелена на демонтаж познавательного «процесса построения моделей»: «Мы легко приспосабливаемся почти к любым новым исходным данным. Новая технология, новая личность, изменения в нашей непосредственной окружающей среде быстро становятся составной частью нашей жизни, частью нашей модели внешнего мира. Этот процесс построения моделей и есть конкретно то, что следует разрушить путем осуществления медитации…»

Бодрияр обращает внимание на ошеломляющую функцию места всеобщей коммуникации (аэропорта, метро) — «места, где люди лишаются своего гражданства, подданства, своей территории… бродящие в поисках опустошающего экстаза и находящие его в этом паразитарном образовании». Культовые секты имитируют типичные ролевые отношения типа гость-хозяин (т. е. член секты — неофит). Здесь чувство вины — мощный модификатор поведения — является результатом, когда неофит огорчает своего «хозяина». «Дорогие жители и гости столицы! Будьте достойны своего города!» «Коренные» жители мегаполиса, внешне ничем не отличающиеся от новичков, моделируют счастье, жизнеспособность и безусловное принятие правил игры.