Дуг сунул папки обратно в сейф и с горечью произнёс:

- Я бы вообще отказался от премьеры, если бы не труппа. Гил был настоящим другом - моим и твоим. Мне стыдно перед ним, что я не могу отменить премьеру, - но выхода нет. Представление состоится.

Эмми внезапно охватила нервная дрожь:

- Состоится... если одного из вас не арестуют по обвинению в убийстве! - выпалила она и тут же устыдилась своих слов.

Впрочем, ни Дуг, ни Диана не обратили на них ни малейшего внимания. Ди спросила:

- Как ты думаешь, вся эта история не выбьет Коррину из колеи? Должна тебе признаться, эта девица никогда не казалась мне особенно смышлёной. Конечно, красавица, и умеет держаться на сцене. Но что касается ума...

- Да, мозги у неё птичьи, - устало кивнул Дуг. - Но Коррина умеет себя подать. В ней есть то, что нравится публике. И она уверена в себе, это хорошо. Хотя, если бы она как следует учила роль, было бы ещё лучше.

- В четверг... - задумчиво произнесла Диана. - Как ты думаешь, тебе придётся вносить изменения в текст?

- Откуда же мне знать? Иногда кажется, что всё хорошо, а через мгновение чувствуешь - не то, не так!

- Это просто тебя лихорадит перед премьерой, - сказала Диана.

Эмми, всё ещё чувствуя себя виноватой, подхватила:

- Ты слишком много репетировал, Дуг, потому уже не способен объективно оценить результат. Скорей всего, всё гораздо лучше, чем тебе кажется.

Дуг вздохнул:

- Это станет ясно после премьеры. Или после первых критических статей. Ну надо же было этому случиться именно сейчас... Бедный старина Гил...

Вот именно, подумала Эмми. Бедный старина Гил...

Дверь открылась, и появился Сэнди. В руках его был бумажный пакет, разрисованный фиалками:

- Этот?

- О, да.

Диана подошла к сейфу, сунула туда пакет и закрыла дверцу. Дуг набрал код и приладил на место картину. Сэнди бросил на неё хмурый взгляд: