- Король просит еще несколько минут, - сообщил г-н де Ромеф. - Ночью никто не спал, и их величества падают с ног от усталости.
- Господин де Ромеф, - отвечал ему Бийо, - вы же прекрасно знаете, что их величества просят эти несколько минут не из-за того, что устали: просто они надеются, что через несколько минут сюда прибудет господин де Буйе. Но только пусть их величества поостерегутся, - угрожающе добавил Бийо, - потому что, если они откажутся ехать добровольно, их дотащат до кареты силой.
- Негодяй! - вскричал г-н де Дамас и с саблей в руке бросился на Бийо. Но Бийо повернулся к нему и скрестил на груди руки. Ему не было нужды защищаться: в тот же миг из соседней комнаты к г-ну де Дамасу устремились около десятка человек, вооруженных самым разным оружием. Король понял: достаточно одного слова или жеста, и оба его телохранителя, г-н де Дамас и г-н де Шуазель, а также трое офицеров, находящихся рядом с ним, будут убиты.
- Хорошо, - сказал он, - велите запрягать. Мы едем. Г-жа Брюнье, одна из двух камеристок королевы, вскрикнула и лишилась чувств. Этот крик разбудил детей. Маленький дофин расплакался.
- Ах, сударь, - обратилась королева к Бийо, - у вас, видно, нет детей, раз вы столь жестоки к матери! Бийо вздрогнул, но тотчас же с горькой улыбкой ответил:
- Да, сударыня, больше нет. - И тут же повернулся к королю: - Лошади уже запряжены.
- Тогда скажите, чтобы подали карету.
- Она у дверей. Король подошел к окну, выходящему на улицу. Действительно, карета уже стояла; из-за шума на улице он не слыхал, как она подъехала. Народ заметил в окне короля. И тут же толпа издала ужасающий крик, верней, чудовищный угрожающий рев. Король побледнел. Г-н де Шуазель подошел к королеве.
- Ваше величество, мы ждем ваших приказаний, - сказал он. - Я и мои друзья предпочитаем погибнуть, нежели видеть то, что происходит.